Информационно-развлекательный портал Даугавпилса
26.10.14. 04:51:18
                 
 Новости
Лента новостей
В Даугавпилсе
В Латвии
В Евросоюзе
В России
Общество
В мире
Происшествия
Криминал
Бизнес и экономика
Политика
Hi-Tech
Наука и образование
Культура и искусство
Религия
Спорт
Здоровье
Авто
М+Ж
Курьезы
Дайджест
Дом и семья
Кстати


Логин: Пароль:   Регистрация

Бунт на корабле

2005-10-19 03:37:02

Фото из интернета.
 Николай КРАСИЛЬНИКОВ, кандидат исторических наук

Фото Оксаны Джадан.

«Мы били офицеров не сильно»


Я пришел на флот в 1938 году. Первую морскую практику проходил на линкоре «Октябрьская революция» - такое имя получил «Гангут» в 1925 году.

В первые же дни нам, молодым курсантам, рассказали о волнениях на корабле в 1915 году. Участников тех событий на «Октябрьской революции» уже не было, а вот в нашем военно-морском училище такие ветераны еще были. В минном и торпедном классах демонстрантами (лаборантами) служили двое старшин (помнится, Кабанов и Баранов, мы их часто путали), активные участники бунта, избежавшие, однако, ареста и суда. Они долго не хотели говорить о «Гангуте», считая, что в газетах, журналах и книгах искажается правда о тех событиях.

- Не было никакого революционного восстания, никакой партийной ячейки, - говорили они. - Брожение было, команды не выполнялись, офицеров били, но не сильно. А всего нас бунтовало человек 100-150 из тысячной команды. Большинство матросов пошло на камбуз, взяли хлеб, чай и пошли спать, пока на корабле не сыграли общий сбор.

Немцы на борту

В 1915 году «Гангут» стоял на рейде Гельсингфорса (Хельсинки) и в военных действиях временно не участвовал. На корабле было неспокойно. Матросы были недовольны засильем на линкоре офицеров из обрусевших остзейских немцев. Они держали себя высокомерно, а порою бестактно и грубо по отношению к нижним чинам.
Фото из интернета.

Например, старший офицер «Гангута» барон Фитингоф (остзейский немец с острова Эзель) имел связи в Адмиралтействе, где служил его родственник - адмирал Фитингоф и, будучи в чине старшего лейтенанта, он уже был вторым лицом на корабле после командира.

Командовал же «Гангутом» капитан 1-го ранга Кедров. Он был близко знаком с царской семьей и именовался свиты его величества флигель-адъютант, капитан 1-го ранга М. В. Кедров. Очевидно, такое знакомство позволяло ему не отягощать себя службой, полагаясь целиком на своих помощников.

Не нравился матросам и командир бригады линкоров адмирал К. Кербер (тоже немец). Они считали, что он хочет погубить лучшие корабли Балтийского флота. Например, он хотел вывести новейшие дредноуты из Гельсингфорса в Рижский залив, где они неминуемо попали бы в руки врагов. Недоверие еще больше укрепилось после того, как адмирал едва не посадил на камни линкоры «Гангут» и «Севастополь».

Вот на этом фоне в начале октября на «Гангут» прислали служить матроса Афанасия Гужева. В 1905 году он участвовал в восстании на броненосце «Потемкин». Увидев Гужева на корабле, Фитингоф пришел в ярость. Он кричал, что только бунтовщика на борту и не хватает, что он будет рассказывать матросам, как потемкинцы подняли мятеж и изменили присяге, как угнали «Потемкин» в Румынию. Вскоре Гужева с «Гангута» убрали. Но беспорядков на корабле избежать не удалось. И начались они практически так же, как и на «Потемкине».

Прокисшая каша вместо макарон

19 октября 1915 года матросы под грубые окрики Фитингофа и дежурного по кораблю лейтенанта Фогеля (тоже немца) таскали 50-килограммовые корзины с углем и засыпали его в трюм.

После тяжелой работы команде вместо предусмотренных макарон с мясом выдали на ужин прокисшую гречневую кашу. Усталые и голодные матросы отказались ее есть - во всех кубриках, требуя другой пищи и прихода офицеров, били ложками по медным бачкам.

Доложили командиру. Кедров спустился в ближайший кубрик, попробовал кашу и приказал выбросить ее за борт. А затем просто отбыл в Гельсингфорс. Старший офицер Фитингоф, оставшийся за командира, также не сделал никаких распоряжений об ужине.

Голодные матросы пошли на молитву, но построиться на вечернюю проверку и выполнить команду «койки брать» для отхода ко сну отказались. А тут унтер-офицеры Г. Ваганов и Ф. Яцкевич стали призывать матросов взять оружие и идти к офицерам с требованием прекратить издевательства и накормить команду.

«Не надо нам предателей»

Навстречу матросам из кают-компании вышли офицеры, все как на грех немцы, послышалась ругань и угрозы в адрес матросов:

- Бунтовщики, мерзавцы, предатели, присягу забыли, все на каторгу пойдете!

Матросы закричали:

- Бей немцев! Не надо нам предателей, не хотим Фитингофа, защитим Россию! - и, поскольку дверь арсенала взломать не удалось, стали наносить удары офицерам тем, что оказалось под рукой - поленьями, арматурой, кусками угля.

Тут перед матросами появился барон Фитингоф с револьвером в руке. Гангутец В. Лемехов (член Центробалта после Февральской революции) писал в своих воспоминаниях: «Стоило Фитингофу выстрелить, и у нас был бы второй «Потемкин». Положение спасли офицеры во главе со вторым штурманом Д. Ильиным. Они уговорили барона спрятать револьвер, а матросам сказали, что послали за командиром корабля, а ужин команде уже готовят коки».

Около 23 часов на корабль вернулся Кедров, приказал играть общий сбор, объяснил, что ухудшение питания связано с трудностями войны, а что касается офицеров с немецкими фамилиями, то они, сказал Кедров, такие же патриоты России, как и матросы. Вскоре строй распустили, матросам выдали макароны с мясными консервами, и, отужинав, они пошли спать.

На другой день на «Гангут» прибыл командующий флотом В. А. Канин. Срочно была создана следственная комиссия во главе с адмиралом И. Небольсиным (после Февральской революции он был убит матросами в Кронштадте).

Команду построили на нижних палубах, а матросов, подозреваемых в беспорядках, вызывали в каюту командира, где арестовывали и передавали караулу из матросов-новобранцев с крейсера «Аврора». 95 матросов доставили в Кронштадт для следствия и суда.

Военно-морской суд заседал в декабре 1915 года. Прокурор полковник Д. Нелидов предъявил обвинение 34 унтер-офицерам и матросам (из 95 арестованных). Согласно военному законодательству России (статья 109 «Свода морских постановлений) подсудимые должны были быть казнены, но применить эту статью в полной мере суд не решился. Суд вынес смертный приговор лишь двоим - Г. Ваганову и Ф. Яцкевичу. 24матросов он приговорил к каторжным работам на срок от 4 до 15 лет, а восемь матросов оправдал.

Якоря «Гангута» хранятся в Кронштадте.

На суд был вызван и командир «Гангута» М. В. Кедров, который сожалел о беспорядках на корабле. Однако свою речь он закончил так, что прокурор Нелидов побагровел от гнева.

- Я лично уверен, - сказал командир, - что каша и немцы только повод для волнения, а причина кроется в агитации извне, в общем тяжелом состоянии России и в отсутствии военных действий для наших кораблей.

О высказывании М. В. Кедрова суд вынес особое постановление, требующее привлечения к ответственности и командира «Гангута». Газета «Речь» назвала Кедрова «революционером первого ранга». От суда его спас Николай II, который распорядился прекратить дело по обвинению Кедрова «в халатном отношении к командованию кораблем».

Бунт или восстание?

События на «Гангуте» в ряде исторических трудов и художественной литературе часто называют восстанием. Например, Д. Измайлов в книге «Центробалт» пишет: «Восстание было подавлено, и окруженный миноносцами и подводными лодками «Гангут» сдался». В Большой советской энциклопедии читаем: «По распоряжению командующего флотом «Гангут» был окружен миноносцами и подводными лодками, командирам которых было приказано в случае бунта топить не только «Гангут», но и любой другой корабль».

Однако в архивах такого распоряжения не обнаружено. Этот текст в БСЭ дал генерал, профессор С. Ф. Найда, известный историк революционного движения на царском флоте. Я был хорошо знаком с профессором - он был моим оппонентом, когда в 1981 году в ЛГУ я защищал диссертацию. Я тогда сказал знаменитому историку, что он заблуждается - «Гангут» другие корабли не окружали, потому что в этом не было никакой необходимости.

В итоговых документах по «Гангуту» флотское начальство перестало упоминать о восстании на корабле. Вместо него появились слова о неком матросском патриотизме. Вот командующий Балтийским флотом вице-адмирал В. А. Канин докладывает Николаю II: «Главной причиной волнений на «Гангуте» было неразумное патриотическое выступление темной матросской массы». Вот так! Только непонятно, почему за патриотизм нужно было отправлять людей на каторгу?

Справка

Гангут» был новейшим кораблем Российского императорского флота. Экипаж «Гангута» состоял из 1000 матросов и 35 офицеров. К началу Первой мировой войны в строй вошли еще три однотипных линкора - «Петропавловск», «Полтава» и «Севастополь». По своей мощи эти корабли не уступали английским и немецким дредноутам. В 1955 году «Гангут» разрезали на металлолом.

Источник: Час



Постоянный адрес статьи - http://www.d-pils.lv/news/44438




Ваше имя:


Комментарий:









Наша Газета - Даугавпилские новости в режиме он-лайн




Письмо от Деда Мороза






Top.LV
Ramblers Top100
Ramblers Top100

Яндекс цитирования
webmaster@d-pils.lvСайт в стадии разработки