Информационно-развлекательный портал Даугавпилса
23.10.17. 15:22:42
                 
 Новости
Лента новостей
В Даугавпилсе
В Латвии
В Евросоюзе
В России
Общество
В мире
Происшествия
Криминал
Бизнес и экономика
Политика
Технологии
Наука и образование
Культура и искусство
Религия
Спорт
Здоровье
Авто
М+Ж
Курьезы
Дайджест
Дом и семья
Кстати


Логин: Пароль:   Регистрация

Смех издалека

2011-12-29 19:04:29
В Латвийском национальном художественном музее (ул. К. Валдемара, 10а) открылась выставка, посвященная 100-летию со дня рождения художника Карлиса Падегса.

- «Тайная вечеря» Человек из легенды

«Я в шутку родился, в шутку живу и в шутку хотел бы умереть», - любил повторять художник Карлис Падегс. Но пошутить с судьбой не удалось, и он не успел отметить даже свой 29-й день рождения.

Легенда о Падегсе - «самом знаменитом рижском денди», «экстравагантном художнике», «латвийском испанце» - дошла и до нас.
«Мадонна с улицы Чака».

Еще живы те, кто видел его неторопливо прогуливающимся по рижским бульварам - в длинном развевающемся пальто, белых гетрах и сияющих лаковых туфлях. Ветер теребил переброшенный через плечо ярко-красный шарф, а широкие поля испанской шляпы скрывали лицо, так что трудно было понять, обращает ли Падегс внимание на удивленные взгляды, а иной раз - и на раздраженные слова своих респектабельных сограждан. А вечером этот безупречный денди (конечно же, в элегантнейшем костюме и с гвоздикой в петлице!) неизменно поднимался по устланной коврами лестнице кафе Отто Шварца, где всегда садился за один и тот же столик - у окна, выходящего на Бастионную горку. Неспешное смакование бокала вина и сигарета в длинном мундштуке входили в однажды разработанный им для самого себя ритуал поведения. Может быть, этот ритуал придавал его жизни устойчивость?
К юбилею художника издана монография доктора искусствоведения Яниса Калначса «Рижский денди и аутсайдер».

А жить Карлису Падегсу довелось в неспокойное время: не так давно закончилась Первая мировая война, но в самой атмосфере тридцатых годов уже ощущалась неизбежность другого, не менее жесткого противостояния. В 1928 году Падегс становится студентом Академии художеств и старательно рисует гипсовые головы античных героев, а потом переходит в пейзажную мастерскую Вильгельма Пурвитиса. Профессор сразу разрешает первокурснику браться за дипломную работу. По мнению мэтра латвийской живописи, «Карлис Падегс всегда был готовым художником». Одновременно «готовый» 17-летний художник сдает экзамены по алгебре, физике, истории и литературе - за курс средней школы.

Казалось бы, чего еще желать? Он стоит на пороге блестящей карьеры. Но тогда откуда эти грустные слова в одном из писем: «...остается только работа, в которую можно вложить всего себя и в которой можно смеяться над жизнью, над всеми, над собой». И он смеется, острым взглядом художника подмечая парадоксы жизни вокруг себя. Но в этом смехе одна горечь.
Одинокий столик с чашкой кофе навсегда зарезервирован за художником...

Семейство нищих, ужинающих за выщербленным деревянным столом, - «Тайная вечеря». Современные Сольвейг и Пер Гюнт, вернувшиеся на пепелище, - «Песнь Сольвейг». Голгофа на фоне веселых огней большого города - «Снятие с креста». Мрачный подвал с единственным ресторанным столиком с табличкой «Резервировано» и небрежно брошенными на пол трупами - «Five o`clock в морге». Усталая красотка в шляпе с вуалью и длинных перчатках - «Мадонна с улицы Чака».

В его изящных рисунках, словно набросанных одним движением руки, нет бездумной легкости. Кем бы ни были его герои - бездомными, нищими, солдатами, работягами, солидными господами, красивыми дамами, они одинаково потеряны и несчастны. И одинаково беспомощны перед судьбой. Над ними, живущими на разных этажах большого города, художник едко смеется, с них он срывает маску приличий, о них и вместе с ними грустит.

Хрупкий вызов

...А вообще-то в Риге в эти годы царит тишина и покой - празднично-нарядны витрины магазинов, в парках играют оркестры, а в кинотеатрах крутят веселые фильмы.

«Теперь 1934 год. Это значит, была мировая война, и она забыта. И только инвалид, как извлеченный из музея трофей, прогуливается по бульвару», - пишет Карлис Падегс. И добавляет: пора понять, что миру хватит 12 996 117 убитых и 5 669 000 инвалидов. Но не хватило - и рисунки художника не поставили точку в страшной теме уничтожения. Наверное, он и сам это ощущал: на одной из самых известных его картин белокурая Мадонна нежно убаюкивает пулемет. За нею - вспаханное снарядами поле и багровое зарево заката. Дата создания картины - 1932 год. Что это - реквием по ушедшим или предвидение мрачного будущего? И случайность ли, что самый большой цикл рисунков Падегса создан по мотивам «Красного смеха» Леонида Андреева?

Карлис Падегс всегда боялся не успеть - туберкулез не отставал и следовал за ним след в след. Наверное, поэтому нуждающийся студент Академии художеств, которому нечем было платить за учебу, примерял на себя другую судьбу - беззаботного светского денди, пытаясь прожить две жизни за отпущенный ему срок. Быть может, поэтому он так любил позировать перед фотообъективом - то в образе испанского танцора, то чикагского гангстера, то уличного мальчишки, то надменного аристократа с моноклем. Благо это не требовало никаких трат - в ателье на Мариинской улице, где он оформлял витрины, его всегда фотографировали бесплатно.
«Five o`clock в морге».

После Падегса остались сотни работ, противоречивые воспоминания современников, несколько писем, газетные интервью.

В одном из них он говорит: «Мне часто приходится выслушивать упреки: почему вы рисуете такие отвратительные картины, когда в мире столько прекрасного? Отвечаю: но ведь в мире столько же отвратительного. И должен же кто-то это рисовать. Я не возражаю, если кто-то рисует красивые цветочки и розовые облака, но пусть и они позволят мне рисовать то, что я хочу. А я хочу показывать теневые стороны жизни - то, что мы предпочли бы не видеть, лишь бы не испортить себе настроение или аппетит».

В 30-е годы теперь уже прошлого века многие работы Падегса шокировали, сейчас - нет. Его гротеск и ирония, стремление сгущать краски, деформировать формы и пространство, свой особый взгляд на мир и подчеркнутый индивидуализм созвучны настроению начала XXI века. Он просто не успел. Если бы жизнь Падегса сложилась по-другому, он мог бы быть нашим современником.

...На открытии выставки в пятницу вечером был полный аншлаг. Присутствовали официальные лица и весь светский бомонд.

Просторный вестибюль и зал музея напоминали троллейбус в час пик, а люди все прибывали. Нарядные гости поднимали бокалы с вином и переходили от картины к картине, произносились подобающие случаю торжественные речи, немного грустно звучал саксофон, за широкими окнами сумеречно шумел город, на ступеньках лестницы лежали букеты ярких осенних цветов. Самому Падегсу этот вечер мог бы понравиться...

Ина ОШКАЯ

Источник: Час



Постоянный адрес статьи - http://www.d-pils.lv/news/1040073




Ваше имя:


Комментарий:



Гость Priscila17.10.15. 06:56:13
Wow! Great thniinkg! JK








Письмо от Деда Мороза



http://www.d-pils.lv/news/1070606



ремонт стартеров киев дарница




Top.LV
Ramblers Top100
Ramblers Top100

webmaster@d-pils.lvСайт в стадии разработки